Faculty of veterinary medicine, Islamic Azad University, Kazeroon, Iran.
Факультет ветеринарной медицины, Исламский университет Азад, Казерун, Иран.
School of Medicine, Ahvaz Jondi Shapour University of Medical Sciences, Ahvaz, Iran.
Школа медицины, Медицинский университет Ахваз Ионди Шапур, Ахваз, Иран.
I.M. Sechenov First Moscow State Medical University, 8-2 Trubetskaya Street, Moscow 119991, Russian Federation.
Первый Московский государственный университет им. И.Сеченова, Москва, Россия.
I.M. Sechenov First Moscow State Medical University, 8-2 Trubetskaya Street, Moscow 119991, Russian Federation.
Первый Московский государственный университет им. И.Сеченова, Москва, Россия.
Department of Biology, Faculty of Basic sciences, Roudehen Branch, Islamic Azad University, Roudehen, Iran.
Школа медицины Гилянский медицинский университет, Гилян, Решт, Иран.
School of Medicine, Guilan University of Medical Sciences, Rasht, Iran.
Исламский медицинский университет Азад, отделение Решт, Решт, Иран.
Islamic Azad University of Medical Science Qeshm International Branch, Qeshm, Iran.
Исламский медицинский университет Азад, отделение Решт, Решт, Иран.
Student Research Committee, Faculty of Medicine, Hormozgan University of Medical Sciences, Bandar Abbas, Iran.
Научный студенческий комитет, факультет медицины, Медицинский университет Гормозган, Бендер-Аббас, Иран.
Department of Medicine, Na.C., Islamic Azad University, Najafabad, Iran.
Student research committee, Na.C., Islamic Azad University, Najafabad, Iran
Отдел медицины, Научный студенческий комитет, Исламский университет, Иран.
Department of Medicine, Na.C., Islamic Azad University, Najafabad, Iran. Student research committee, Na.C., Islamic Azad University, Najafabad, Iran
Научный студенческий комитет, Исламский университет, Иран
Faculty of Medicine, Tehran Medical Sciences, Islamic Azad University, Tehran, Iran.
Факультет медицины, Исламский университет Азад, Тегеран, Иран.
Department of Pathology, Imam Reza Hospital, Tabriz University of Medical Sciences, Tabriz, Iran.
Отдел патологии, Больница Имама Реза, Медицинский университет Тавриза, Тавриз, Тегеран.
Department of Urology, Imam Reza Hospital, Tabriz University of Medical Science, Tabriz, Iran.
Отдел урологии, Больница Имама Реза, Медицинский университет Тавриза, Тавриз, Тегеран.
Students Research Committee, School of Medicine, Iran University of Medical Sciences, Tehran, Iran.
Научный студенческий комитет, Школа медицины, Иранский медицинский университет, Тегеран, Иран.
Students Research Committee, School of Medicine, Shahid Beheshti University of Medical Sciences, Tehran, Iran
Научный студенческий комитет, Школа медицины, Медицинский университет Шахид Бехешти, Тегеран, Иран
Assistant Professor of Pathology, Department of Pathology, School of Medicine, Tabriz University of Medical Sciences, Tabriz, Iran.
Ассистент кафедры патологии, Отдел патологии, школа медицины , Медицинский университет Табриза, Тавриз, Иран.
Advanced cutaneous squamous cell carcinoma (CSCC) is a formidable cancer with historically constrained systemic therapy alternatives. Immune checkpoint drugs that target programmed cell death-1 (PD-1) and programmed death ligand-1 (PD-L1) have surfaced as viable treatments. This revised systematic review and meta-analysis sought to assess the effectiveness of anti-PD-1/PD-L1–based therapy in advanced CSCC.
Диссеминированная плоскоклеточная карцинома кожи (ДККК) — это грозное онкологическое заболевание с ограниченными опциями системной терапии. Препараты, воздействующие на контрольные точки иммунитета, такие как, ингибиторы PD-1 и PD-L1 (программируемая клеточная гибель- тип 1), стали перспективными методами лечения. Целью данного ревизованного систематического обзора и метаанализа было оценить эффективность терапии на основе анти-PD-1/PD-L1 при распространенной ДККК. Методы: Был проведен тщательный поиск в базах данных PubMed, Scopus и Web of Science по 12 августа 2025 года. В исследование были включены клинические испытания и наблюдательные когорты, в которых были сведения об объективной частоте ответа (ОРР) у пациентов с распространенной ДККК, получавших лечение препаратами анти-PD-1/PD-L1. Объединенные оценки были получены с использованием модели случайных эффектов с ограниченной оценкой максимального правдоподобия (REML). Гетерогенность оценивалась с использованием критериев Кохрана Q, I² и τ². Анализ подгрупп проводился с учетом схемы лечения, географической локации и дизайна исследования. Неопределенность результатов оценивалось с помощью диаграмм рассеяния и регрессионного анализа Эггера. Результаты: По критериям включения отобраны 48 исследований с участием 4172 пациентов. Объединенный показатель объективного ответа составил 0,51 (95% ДИ, 0,46–0,55; z = 21,21, p < 0,001) со значительной гетерогенностью (I² = 89,13%). Анализ подгрупп показал, что показатели объективного ответа варьировали от 0,21 до 0,73 в зависимости от схемы лечения, при этом для цемиплимаба в сочетании с пембролизумабом показаны наиболее высокие уровни терапевтического ответа. Географическая локация исследований (p = 0,014, R² = 14,52%) и их дизайн (p = 0,002, R² = 16,84%) были значимо связаны с эффектом лечения, в то время как тип препарата сам по себе не был связан с ним (p = 0,679). Тест Эггера показал эффекты малых выборок в исследованиях (p = 0,0174). Выводы: Терапия анти-PD-1/PD-L1 демонстрирует значимую клиническую активность при распространенном плоскоклеточном раке кожи, достигая ответа примерно у половины пролеченных пациентов. Географические и методологические факторы влияют на вариабельность результатов, подчеркивая необходимость проведения крупных исследований, основанных на биомаркерах, для уточнения критериев отбора пациентов и оптимизации терапевтического эффекта.